Вампиры просто так не умирают. Есть два варианта их возможной смерти: либо они сами не желают больше существовать, либо кто-то из них, спрятав колышек за пазухой, единолично решает, сколько осталось другому. Так решили за мою маму. Не помню, как я тогда выдержала все это. Да как вообще шестилетний ребенок может смириться с мыслью о том, что у него больше нет мамы? Что больше он не услышит придуманных ею веселых историй? Что она больше никогда не сможет обнять его? Что она больше не придет к нему перед сном, чтобы поцеловать на ночь и пожелать спокойной ночи?

Этот отрезок времени полностью стерт из моей памяти. Вернее, я хочу так думать. Единственное, что вселило в меня надежду на будущее — это отец. Он не оставил меня. Он практически не отходил от меня следующие полгода. Он почти смог заполнить то пространство в моей душе, которое занимала мать. Почти…

По истечению шести месяцев с гибели матери, отец уехал. Он купил мне новый дом недалеко от столицы, нанял множество гувернанток и телохранителей, но все равно не смог избавить меня от главного — чувства потери и одиночества. Раз в месяц папа приезжал ко мне. Я была счастлива провести с ним хотя бы несколько коротких дней. Но я понимала, что что-то было неправильно.

В один из визитов отца (тогда мне исполнилось 10), я решилась на серьезный разговор с ним, который откладывала уже очень давно. Почему я так долго тянула с этим? Было достаточно причин. Прежде всего, раньше я была не готова.

Я спросила его, почему он не может остаться, почему мы не можем жить вместе. Вот тогда-то он все мне и рассказал. Сказать, что это повергло меня в шок, ничего не сказать.

Во-первых, я узнала, что он был женат. Причем женат очень давно. Во-вторых, из всего этого следовало, что моя мама была его любовницей. И последнее, что ошарашило меня больше всего, так это то, что мой отец был главой Центрального клана столицы! И вот теперь все встало на свои места. Теперь все стало ясно, как Божий день.